Последнии новости

Абрамович просветил британских судей о «понятиях»

  • Абрамович просветил британских судей о «понятиях»

Абрамович просветил британских судей о «понятиях»

За что платил Абрамович

Березовский подал иск против Абрамовича в Высокий суд Лондона в 2007 г. А в январе он конкретизировал обвинения. Березовский утверждал, что Абрамович, действуя в том числе по поручению тогдашнего президента Владимира Путина (который якобы лично и через главу своей администрации Александра Волошина требовал от опального олигарха продать долю в ОРТ), угрозами и давлением вынудил его дешево продать акции ОРТ, «Сибнефти» и «Русала». 26 июня Абрамович представил в суд возражения на обвинения Березовского (копия есть у «Ведомостей»).

В претензиях по «Сибнефти» и «Русалу», которые высказывает Березовский и которые отвергает Абрамович, есть общий пункт. Березовский утверждает, что вместе с Абрамовичем и Бадри Патаркацишвили приобрел акции «Сибнефти» и ряда алюминиевых предприятий, которые впоследствии были объединены в «Русал». В обоих случаях Березовский и Патаркацишвили, занимавшиеся больше ОРТ и политикой, передали свои акции (43% в «Сибнефти» и 25% в «Русале») в доверительное управление Абрамовичу. Договоренность об этом была устной. Абрамович же утверждает, что никаких соглашений не существовало, акции «Сибнефти» и «Русала» он приобретал сам, а Березовский и Патаркацишвили оказывали ему за определенную мзду прикрытие. Первый помог создать и приватизировать «Сибнефть», второй — «предоставлял помощь в покупке активов в российской алюминиевой промышленности <...> и обеспечивал защиту». Сами же они, по утверждению Абрамовича, никогда не владели акциями «Сибнефти» и «Русала» и, соответственно, эти бумаги не могли быть экспроприированы или проданы.

Березовский с такой трактовкой не согласен. «Как вы себе представляете: ко мне пришел Роман Абрамович, с которым меня познакомили [совладельцы Альфа-банка] Петр Авен и Михаил Фридман, а я за некоторое вознаграждение решил просто помочь Абрамовичу стать собственником “Сибнефти” и не понимал истинной стоимости компании?» — заявил он «Ведомостям».

С Фридманом связаться не удалось, а Авен отказался от комментариев. Но один из совладельцев «Альфа-групп» подтверждает: знакомство Березовского и Абрамовича состоялось благодаря хозяевам этой компании. «Это было на отдыхе в 1994-1995 гг.: Авен пригласил Березовского, а Герман Хан — Абрамовича, с которым был дружен», — рассказывает собеседник «Ведомостей».

По словам Березовского, «Сибнефть» создавал он с участием Патаркацишвили и Абрамовича. Он же был на залоговом аукционе и лично отдавал заявку на право управления 51% «Сибнефти». Абрамовича в Госкомимуществе в это время не было, а когда распределялись остальные проценты, председателем конкурсной комиссии был Патаркацишвили.

Как следует из ответа Абрамовича, Березовский действительно помог ему получить «Сибнефть», протолкнув летом — осенью 1995 г. указы президента и правительства о создании компании (в нее была внесена часть активов «Роснефти». — «Ведомости»). Поскольку Березовский согласился помочь, то Абрамович полагал, что тот «обсуждал приватизацию [»Сибнефти«] с президентом Ельциным и/или членами его администрации», а сам он «был озабочен прочими необходимыми приготовлениями, ведущими к созданию “Сибнефти”, включая организацию необходимого финансирования». На залоговом аукционе в декабре 1995 г. право на управление 51% госпакета «Сибнефти» получила Нефтяная финансовая компания (НФК), предложившая $100,3 млн. Гарантом сделки выступил Столичный банк сбережений. НФК, утверждает Абрамович, на 50% принадлежала полностью подконтрольному ему ООО «Вектор-А» и на 50% — Объединенному банку. Кто контролировал этот банк, Абрамович не указывает, но утверждает, что НФК контролировал он, а не Березовский или Патаркацишвили. Березовский утверждает, что Объединенный банк контролировал он с Патаркацишвили. Впоследствии, пишет Абрамович, он докупил еще акций «Сибнефти», которые продавало государство.

Абрамович пишет в отзыве на иск, что платой Березовскому за содействие стало предоставление тому средств на финансирование ОРТ. Размер платежа и был ли он когда-либо возвращен Березовским, в ответе Абрамовича не указано. А в 2001 г. предприниматель заплатил опальному олигарху еще $1,3 млрд за помощь в приватизации «Сибнефти». Кроме того, Абрамович учел тот факт, что «Березовский и Патаркацишвили больше не получали выгод от средств, которые ответчик предоставил для ОРТ, поскольку они больше не имели доли в этой компании».

А в 2003 г. Абрамович произвел «окончательный платеж» Патаркацишвили в размере $585 млн за помощь и защиту при покупке алюминиевых активов. Березовский же в иске утверждает, что в марте 2000 г. Патаркацишвили, Абрамович и Дерипаска на встрече в лондонском отеле Dorchester заключили устную договоренность об объединении своих алюминиевых активов в «Русал»: Дерипаска с партнерами получал 50% акций, Абрамович — 25%, Березовский и Патаркацишвили — по 12,5%. Признавая факт встречи, на которой, по его словам, также присутствовал тогдашний президент «Сибнефти» Евгений Швидлер, Абрамович отрицает, что на ней были заключены хоть какие-то соглашения, равно как и наличие партнеров у самого Дерипаски.

Абрамович нередко указывает, что ничего не знает о событиях, о которых говорит Березовский: например, о том, что тогдашний руководитель администрации президента Александр Волошин, а затем и сам Владимир Путин требовали от Березовского продать акции ОРТ; об ухудшении отношений между Березовским и Путиным; о том, что арест Николая Глушкова, бизнес-партнера Березовского и бывшего первого заместителя гендиректора «Аэрофлота», использовался для давления на опального олигарха. Он подтверждает факт некоторых встреч, о которых пишет Березовский, но, опровергая утверждения того о содержании бесед, не сообщает, о чем в действительности шла речь (пример — встреча в отеле Dorchester).

«Исход подобных дел зависит от свидетельских показаний», — отмечает партнер юридической фирмы SJ Berwin Дэвид Голдберг. Теоретически свидетелями, судя по искам, могут выступить Волошин, Дерипаска, Путин и Лесин. «Но так как это гражданский процесс, а не уголовный, суд не может заставить свидетелей принудительно давать показания, — предупреждает юрист. — Они могут приехать только по доброй воле». Скорее всего английский суд возложит бремя доказывания на Березовского. «Ведомостям» он заявил, что располагает документами, свидетелями и фактами, подтверждающими его правоту.

Представитель Абрамовича Джон Манн отказался от комментариев. В юридической фирме Skadden, Arps, Slate, Meagher & Flom (UK), представляющей интересы Абрамовича, от комментариев отказались.

С чего начинал Абрамович. По сведениям базы данных «Лабиринт», с января 1989 г. по май 1991 г. Абрамович был председателем кооператива «Уют» (производство и продажа кукол), затем по май 1993 г. — директором малого предприятия АВК. Оно торговало автомобильными покрышками, а также поставляло нефть и нефтепродукты из Республики Коми и с Омского нефтеперерабатывающего завода.
19 июня 1992 г. Абрамович был заключен под стражу в Москве по подозрению в совершении хищения 55 вагонов с дизельным топливом с Ухтинского нефтеперерабатывающего завода на сумму около 4 млн руб. Задержание произошло в рамках расследования уголовного дела о хищении государственного имущества в особо крупных размерах. Однако в декабре 1992 г. дело было закрыто за отсутствием состава преступления.
В 1993 г. Абрамович занимался продажей нефти из города Ноябрьска, где располагался основной актив будущей «Сибнефти» — «Ноябрьскнефтегаз». Фирма Абрамовича АР «Меконг» занимала 2-е место после «Балкар трейдинг» по объему продажи нефти из этого города.
В июне 1996 г. Абрамович вошел в состав совета директоров «Ноябрьскнефтегаза», а также возглавил московское представительство «Сибнефти».

["Русский Forbes", май 2007: Будущие партнеры познакомились на яхте, которую основатель «Альфа-Групп» Михаил Фридман и его партнер по бизнесу Петр Авен сняли, чтобы отдохнуть на Новый год. «Меня пригласил Авен, там был Фридман и был Абрамович. Там мы с ним и познакомились»,—вспоминает Березовский. Опальный олигарх хорошо знал Авена — еще в советское время он был аспирантом у отца будущего президента Альфа-банка. А Фридман просто был в приятельских отношениях с Абрамовичем. ... Именно на яхте Абрамович и предложил Березовскому— раз уж тот имеет связи в Кремле—создать компанию на базе «Ноябрьскнефтегаза» и Омского НПЗ. Тому идея понравилась. «Со [старшим] Городиловым договаривался Рома — он обеспечивал все, что касается уровня самой компании. А я уже занимался [вопросами] на политическом уровне, на уровне принятия решений правительства»,—говорит Березовский (Абрамович отказался давать комментарии для этой статьи). ...

Омский НПЗ выполнял стратегическую функцию—снабжал нефтепродуктами северные районы Тюменской области, главный регион нефтедобычи в Советском Союзе, говорит Павел Сатонкин, возглавлявший в середине 1990-х омское представительство «Юганскнефтегаза», а потом ЮКОСа. То есть завод был нужен всем нефтедобывающим предприятиям. Поэтому, когда в 1992-м президент Ельцин подписал указ о создании трех крупных вертикально интегрированных компаний в ТЭК — «Сургутнефтегаза», «Лукойла» и ЮКОСа (с перспективой их приватизации), Омский НПЗ остался в ведении государственной «Роснефти». Ей же был передан и контрольный пакет «Ноябрьскнефтегаза».

Впрочем, положение дел на предприятиях тогда определяла не Москва, а «красные директора». Омский НПЗ к 1994 году уже девять лет возглавлял Иван Лицкевич—крепкий мужчина, собиравшийся скоро отметить 50-летие. Его предприятие, градообразующее для Омска, в начале 1990-х оказалось в кризисе—нефть, которую раньше завод получал централизованно, теперь нужно было искать по всей стране. За услуги по переработке сырья завод получал оплату в натуральной форме—нефтью и нефтепродуктами. Их, в свою очередь, нужно было обменять на необходимые предприятию материалы и оборудование. Вокруг завода выстроилась целая система вексельных схем и посредников, которые часто были связаны с преступными группировками.

Но, несмотря на очевидную нестабильность, поступаться самостоятельностью в пользу «Роснефти» Лицкевич не хотел. Не соглашался и на приватизацию. В одном из интервью Лицкевич предлагал объединить в «финансово-промышленную группу... нефтеперерабатывающие и нефтехимические производства». Девятнадцатого августа 1995 года, в субботу, после нескольких совещаний он вызвал водителя и поехал развеяться. Служебная машина довезла его до берега Иртыша в нескольких километрах от Омска. Какое-то время он просто гулял, а потом, как утверждал водитель, решил искупаться. Пару раз окунулся и исчез под водой. Тело было найдено лишь на следующий день. Официальное заключение—сердечная недостаточность. Через шесть дней после этого был подписан указ о создании новой нефтяной компании—«Сибнефть».

В течение года погибли еще несколько человек, связанных с Омским НПЗ: управделами администрации области Александр Харламов (убит в Москве), водитель и свидетель последних минут жизни Лицкевича (спустя несколько месяцев разбился в автокатастрофе, как утверждают наши источники в Омске), член комиссии Омского областного законодательного собрания, потребовавшей пересмотреть итоги приватизации НПЗ, Олег Чертов (застрелен в подъезде своего дома). Следствие не установило связи между этими смертями.- врезка К.Ру]


Михаил Оверченко, Ирина Резник, Ольга Проскурнина

****

Цитата недели

«В обмен на согласие ответчика предоставить Березовскому средства <...> Березовский согласился использовать личное и политическое влияние <...> и помочь в принятии необходимых законодательных мер, ведущих к созданию «Сибнефти».

Отзыв Романа Абрамовича на иск Бориса Березовского (The Times)

Вспомнить прошлое Абрамовича вынудил иск бывшего партнера Бориса Березовского в Высокий суд Лондона. Так что «ответчик» в цитате — это Абрамович, а его отзыв на иск — его первый довольно откровенный рассказ о бизнес-приобретениях. Например, в 1995 г. бизнесмену захотелось нефтяную компанию и он «проинформировал» Березовского о желании приобрести пакет акций «Сибнефти». Что любопытно, компании этой тогда еще не было и не должно было быть вовсе: специальная правительственная комиссия признала нецелесообразным создавать «Сибнефть». Однако могущественный Березовский в обмен на средства пообещал поддержать проект и согласился «помочь в принятии необходимых законодательных мер», раскрывает суду секрет успеха Абрамович. И вот уже «Сибнефть» — единственная — учреждается в обход правительственной комиссии, указом президента. Это была осень 1995 г., начало залоговых аукционов, и уже под Новый год контрольный пакет наспех слепленной «Сибнефти» оказался на торгах. Кому он достался, все знают, а вот за сколько — напомню. За $100,3 млн. Превышение стартовой цены всего на $300 000 сам Березовский объяснил так: «У нас просто нет больше ресурсов». Зато его лоббистский ресурс был неограничен: все два часа, на которые задержали торги по этому лоту, Березовский курсировал по кабинетам чиновников ГКИ. Он никого официально не представлял на этом аукционе, но вел себя по-хозяйски и инструктировал участников.

Зачем был нужен перерыв в торгах, присутствовавшие (и я в их числе) так и не узнали. Зато результат активности Березовского был ошеломляющим — «железобетонная» заявка конкурентов из Инкомбанка на $171 млн была снята с аукциона под надуманным предлогом. Именно в тот момент непубличный и мало кому известный молодой человек по имени Роман Абрамович и получил «Сибнефть». Жаль, что даже суду он не назвал сумму, уплаченную за такую «поддержку проекта». И хорошо, что Абрамович, делающий такие признания, уже не губернатор.

Татьяна Лысова

Источник
: "Ведомости", 08.07.2008

****

И с отвращением читая жизнь мою...

[...]

Станислав Белковский, президент Института национальной стратегии:

Роман Абрамович сказал это по совету британских адвокатов и для британского же суда. В суде Абрамовичу важно показать, что он не является и никогда не был частью российской властной машины и человеком, причастным к принятию важнейших политических и экономических решений. Абрамович пытается представить дело так, будто, наоборот, он был заложником и жертвой коррупционеров во главе с Борисом Березовским.

В "исповеди" Абрамовича все поставлено с ног на голову: оказывается, он делал некий бизнес, за который платил Березовскому. Если Абрамович и делал какой-то бизнес, то шашлычный – он жарил шашлыки на даче у тогдашнего руководителя администрации президента Валентина Юмашева; за счет этого Абрамович сблизился с членами семьи Бориса Ельцина.

Всем известно, что компания "Сибнефть" была создана одним-единственным коррупционным актом, а именно указом Бориса Ельцина о создании компании "Сибнефть", после чего она была приватизирована Абрамовичем и Березовским за 100 миллионов долларов. Причем деньги принадлежали не Абрамовичу и не Березовскому. Это были средства российского министерства финансов, взятые из бюджета.[...]

Источник: Грани.Ру, 07.07.2008

****

Выходя из окружения. Зачем Роман Абрамович рассказал английскому суду о российских понятиях

На первый взгляд, Роман Абрамович выбрал очень необычную форму сопротивления судебным претензиям, с которыми к нему обратился Борис Березовский. Березовский обвинил Абрамовича в жульничестве и пособничестве шантажистам. Обвиняемый не стал оправдываться, а вместо этого сообщил суду, что да, он причастен к сомнительным деяниям, но совсем другим, и совершал он их совместно со своим обвинителем. Такая форма защиты по сути называется "чистосердечное раскаяние".

Зачем понадобилось Роману Абрамовичу выбирать такую экстравагантную линию защиты? Его всерьез испугали обвинения Бориса Березовского в сотрудничестве с российским режимом?

Это объяснение кажется сомнительным настолько же, насколько выглядят правдоподобными претензии Березовского. Но именно поэтому, а также потому, что участники тех событий очень хорошо знали цену друг другу, можно не сомневаться: никаких доказательств, годных для предъявления английскому суду, не только в распоряжении Березовского, но и в природе не существует. И Роман Абрамович мог просто и спокойно ответить на эти претензии: на службе у режима не состоял, ничего у Березовского не вымогал.

Вместо этого он стал рассказывать о том, о чем его никто не спрашивал – о приватизационных сделках в России в конце прошлого века. Любопытное место – английский суд — нашел Роман Абрамович для того, чтобы описать нравы и понятия отечественного бизнеса.

Понять, зачем ему это понадобилось, можно, если посмотреть на логику поведения Романа Абрамовича в последние годы. С одной стороны, она состояла в том, что головной холдинг "Millhouse capital" последовательно распродавал активы, находящиеся на территории России. Все разговоры о том, что аккумулированные средства Абрамович вот-вот вложит в какой-то масштабный проект в России, то ли на базе "Евраза", то ли вместе с Олегом Дерипаской, пока остаются разговорами.

Одновременно он скурпулезно выполнял все социально-пропагандистские поручения, с которыми к нему обращалась российская власть – от финансирования Чукотки до финансирования Гуса Хиддинка. И выполнил, похоже, все.

С другой стороны, Роман Абрамович активно обустраивался на чужбине. Он реструктурировал свою личную жизнь. Купил и построил много объектов недвижимости, чтобы никто из его наследников не чувствовал себя обделенным. Он по-прежнему много занимается с "Челси", а эта команда, насчитывающая около 5 миллионов болельщиков в Англии и еще 14 миллионов в Европе – важный пиар-ресурс для любого, кто предполагает, что ему, возможно, придется апеллировать к английскому общественному мнению. (Еще одна страна, где заметна пиар-активность Романа Абрамовича – Израиль, ценная, как известно, тем, что никогда не экстрадирует обвиняемых в экономических преступлениях).

Собственно, задача легализации на Западе – себя и своих капиталов, стоящая пред Абрамовичем из-за опасности такой легализации в России, ничем не выделяет его среди других владельцев крупных состояний, нажитых в 90-е. Просто в силу масштабов состояния и близости его владельца к политическим фигурам, для ее решения придется прикладывать незаурядные усилия.

Но ни вливания в "Челси", ни обаяние Дарьи Жуковой не заменят ответа на вопрос о первичном происхождении капиталов Абрамовича – обязательный для того, чтобы Абрамович и его близкие были приняты в качестве равных в английском, например, обществе. И Роман Абрамович поступил разумно, решив ответить на него еще до того, как он был толком задан. Лучше добровольно признаться в малом, чем вынужденно – во всем.

При этом, как известно, от чистосердечного признания до деятельного сотрудничества со следствием (причем, не российским) – путь недлинный. И если кто-то захочет помешать планам Романа Абрамовича, то ради благополучия своих пятерых детей он может вспомнить еще что-нибудь: например, не только как приватизировали "Сибнефть", но и как ее возвращали государству; или, скажем, как объединяли ЮКОС и "Сибнефть"; и многое другое, имеющее уже отношение не дальним 90-м, а к актуальным нулевым.

Ответ Романа Абрамовича лондонскому суду – не скандальное происшествие. Как не были скандальными происшествиями разоблачения Олега Шварцмана и Дмитрия Довгия. Это все рядовые эпизоды войны за передел собственности, которая идет на наших глазах. Просто логика любой войны – эскалация. И если Шварцман и Довгий, фигуры невеликие, рассказывали о "лицах из окружения", то сейчас в дело вступают те, кто в случае необходимости расскажет, кого же эти лица окружали.

Михаил Шевелев

Источник: "Избранное", 07.07.2008



*Теги: АЛЬФА-ГРУПП ЛУКОЙЛ РОСНЕФТЬ Русал СИБНЕФТЬ СУРГУТНЕФТЕГАЗ ЮКОС Абрамович Роман Аркадьевич Авен Петр Олегович Березовский Борис Абрамович Волошин Александр Стальевич Глушков Николай Алексеевич Городилов Виктор Андреевич Дерипаска Олег Владимирович Довгий Дмитрий Павлович Ельцин Борис Николаевич Жукова Дарья Александровна Лицкевич Иван Дмитриевич Патаркацишвили Аркадий (Бадри) Шалвович Путин Владимир Владимирович Фридман Михаил Маратович Хан Герман Борисович Хиддинк Гус (Guus Hiddink) Шварцман Олег Сергеевич Швидлер Евгений Маркович Юмашев Валентин Борисович